You are viewing the Russian CN Traveller website. If you prefer another country’s CN Traveller website, select from the list

путешествие Для гурманов

Его Возвышенное Высочество

Путешествие Геннадия Иозефавичуса в Хайдарабад, город дворцовой роскоши и монаршей неги

Иозефавичус

Геннадий ИозефавичусСпециальный корреспондент

Геннадий Иозефавичус Специальный корреспондент

Хайдарабад, вотчина низамов, некогда самых богатых людей планеты, остается городом дворцовой роскоши и монаршей неги. Алмазы, жемчуг, тончайший шелк, снегопад из розовых лепестков и бирьяни с ягненком – вот чем встречает город своих гостей.

1 из 19

2 из 19

3 из 19

4 из 19

5 из 19

6 из 19

7 из 19

8 из 19

9 из 19

10 из 19

11 из 19

12 из 19

13 из 19

14 из 19

15 из 19

16 из 19

17 из 19

18 из 19

19 из 19

В смокинге, но без обуви я усаживаюсь на тюфяк и складываю ноги по-турецки. На чоуки, стоящем передо мной низком столике, – лиможское блюдо с гербом хайдарабадского низама, медальоном с фразой на урду и двумя львами. Ровно таким же гербом – только большим, латунным – меня встречал вчера Ману, знаменосец низама. На карете, запряженной двумя холеными битюгами, я подъехал ко входу во дворец Фалакнума, и сверху, откуда-то с крыши, посыпался снег из розовых лепестков. Сегодня я вспоминаю о Ману с его тяжеленной


Одна из террас Фалакнумы

штуковиной, рассматривая лиможское блюдо, по обеим сторонам которого – в качестве компромисса – начищенные кристофлевские вилки и ножи. Есть полагается руками. По освещенному хрустальными люстрами залу снуют официанты в шервани, длинных кафтанах с высокой застежкой, и тюрбанах. Они в отличие от меня обуты.

Дело происходит в Чоумахалле, огромном дворце, построенном пятым низамом из династии Асаф Джахов, правителем Хайдарабада, самого большого княжества в составе Британской Индии. Британской Индии нет и в помине, Хайдарабадского княжества тоже, а вот восьмой низам есть. Его Возвышенное Высочество, Баркат Али Хан Мук-карам Джах, Асаф Джах VIII – сухой старик в каракулевом пирожке – ни властью (отобрали еще у прадеда), ни особыми богатствами (сам потерял) не обладает, однако титул, состоящий из полусотни слов (включая «набоб»,- «генерал-лейтенант» и «имперский принц Османской империи») носит и авторитет среди других столь же бесправных махараджей, эмиров и набобов имеет беспрекословный. Это по его приглашению все эти ярко декорированные принцы и принцессы (ну и я с ними) прибыли в Хайдарабад на торжества по случаю открытия в Фалакнуме – другом дворце низама – отеля.

Гуляем, понятно, не за низамов счет. Дворец отреставрировала и обустроила там отель компания Taj – часть огромной, самой крупной в Индии группы Tata (владеющей не только всем, чем можно, в Индии, но и автоконцерном Jaguar Land Rover). Сам Ратан Тата тоже тут. В декабре 2012-го ему исполнится 75, он уйдет на пенсию, и кому передаст бразды правления – неизвестно. Ни жены, ни детей у главного богача Индии нет.

Мне приносят серебряную миску с розовой водой: перед трапезой надо окунуть пальцы в воду и промокнуть капли льняной салфеткой. Затем на блюдо начинают метать закуски – благоухающую сандалом курицу, баклажаны и перцы с ореховой подливой, тушеную тыкву с чечевицей, кебабы с дымком. Райту, соус из йогурта. И лепешки – они как раз служат ложкой и вилкой. А нож не нужен вовсе – все порублено и порезано. Первый акт длится долго. Есть уже не хочется, но спектакль только начинается. В нужный момент тарелки меняют на чистые, и официанты принимаются раскладывать гостям бирьяни, главное блюдо хайдарабадской кухни.

Ягнятину для бирьяни ночь выдерживают в маринаде из специй, потом вымачивают в йогурте, затем помещают в дам – глиняный горшок, – прокладывая слоями риса басмати. Горшок закрывают крышкой, обмазывают тестом и ставят в печь, где мясо и рис превращаются в плов, бирьяни. Тут главное не спешить (ithmenaan se, то есть «больше терпения» – главный принцип местной кухни), но вынуть горшок из печи вовремя. Недодержишь – ягнятина будет сырой, передержишь – рис станет кашей.

Есть две разновидности бирьяни – каччи и пакки. Каччи означает «сырой», то есть бирьяни делают из сырого


Каччи-бирьяни должен быть рассыпчатым и не жирным

мяса. Для пакки мясо (уже не ягнятину, но более дешевую баранину) долго не маринуют, а перед тем как засунуть в горшок, обжаривают со специями и луком. Каччи готовят во дворцах и богатых домах, пакки – в забегаловках вроде той, куда меня накануне занесло во время прогулки по Лад-базару. Рыночный вариант, как всегда, мне нравится больше.

Каччи от пакки, дворцы от рынков отделены весьма зримо и ощутимо. В центре Хайдарабада – самый знаменитый городской монумент Чарминар, то ли мечеть, то ли ворота, построенный в конце XVI века Кутуб-шахами, первыми правителями Хайдарабада. По углам – четыре 50-метровых минарета, между ними четыре огромных арочных проема, над арками – молельный зал и галерея, с которой виден весь город. Вернее, хаос, называемый городской жизнью. Одна арка смотрит на мечеть Мекка-Масджид, усыпальницу низамов, за другой начинается лабиринт Лад-базара (там сотни лавок с браслетами, которыми славится Хайдарабад), на улице, идущей от третьей арки, торгуют жемчугом (еще один типичный местный товар), четвертая дорога ведет из старого города в новый, где – современные отели, клубы и рестораны, самый большой в мире экран IMAX, штаб-квартиры компаний, долина генома и прочие не имеющие отношения к Хайдарабаду низамов предприятия.

Мекка-Масджид – сооружение примечательное. Строительство начал последний из Кутуб-шахов, продолжил последний из Великих Моголов Аурангзеб, а закончил первый из низамов. На пятничную молитву мечеть вмещает десять тысяч богомольцев, центральная арка построена из кирпича из Мекки, а михраб (ниша, смотрящая в сторону Мекки) и восьмиугольные колонны высечены из гранитных глыб. Дорога, идущая вдоль ее фасада, приводит к Фалакнуме. И к Чоумахалле, где нам подают бирьяни.

В бальном зале Чоумахаллы душно (кондиционеры не предусмотрены), дородная дама в шелке, на вид английская аристократка, падает в обморок. Ее выносят на воздух, и пир продолжается. Низам должен быть


Бальный зал Falaknuma Palace

доволен – месть англичанам состоялась. А мстить есть за что: дед восьмого низама, Мир Осман Али Хан, Асаф Джах VII, не желая входить в Индийский Союз, просил англичан сделать Хайдарабадское княжество британским доминионом. Те отказали «верному союзнику» (faithful ally – тоже титул низама), и в 1948 году Хайдарабад и Берар (еще одно княжество под властью низама) «добровольно» присоединились к Индии. И Мир Осман Али Хан, за десять лет до того названный журналом Time самым богатым человеком на свете, превратился из владыки в церемониального вельможу.

Седьмой низам был персонажем выдающимся. Владея состоянием (золото, алмазы, земли), оценивавшимся в 1937 году в два миллиарда долларов (теперешние двести), и повелевая княжеством размером с нынешнюю Великобританию, он отличался скаредностью по отношению к себе и своей семье (заставлял перешивать для детей, которых у него было полсотни, свои костюмы) и щедростью ко всем остальным. Десятую часть бюджета он направлял на образование, сделав обязательной начальную школу (на урду, правда), строил дороги и больницы (они до сих пор работают), а во время Второй мировой отдал 100 миллионов долларов на постройку нескольких эсминцев для флотов Британии и Австралии.

С дворцом Фалакнума некогда произошел много объясняющий про седьмого низама случай. Набоб Викар-уль-Омра, премьер-министр, поездив по миру, решил построить себе новый дом. В итальянском духе. Пригласил архитекторов, зака-зал в Англии мебели, накупил диковин (от китайского нефрита до севрского фарфора) – и построил дворец в форме скорпиона (главный дом – тело, два жилых корпуса – клешни), с террасами, бальным залом, столовой со столом на 101 куверт, etc., и, понятно, впал в чудовищные долги. Выход из положения подсказала жена, по счастливому совпадению старшая сестра низама, предложив... подарить дворец брату.

Спектакль был разыгран по нотам: премьер пригласил сюзерена на новоселье, тот приехал, пожил неделю (нахваливая) да и получил Фалакнуму в дар. И так был растроган щедростью своего чиновника, что немедля подарил ему в ответ золота – ровно на ту сумму, что дворец стоил. Вместе с долгами. Сам, впрочем, в Фалакнуме после не жил, но с удовольствием использовал дворец в качестве гостевого дома.

Дарение дворца не было чем-то необычным. Наоборот, вассалы должны были делать низаму подарки в соответствии со своим положением: князь приносил слиток золота, крестьянин – курицу. Так и создавалось миллиардное состояние. Конечно, были и другие источники: форт Голконда (княжество, которое называлось султанатом Голконда, и лишь потом Хайдарабадом, началось как раз с него) служил главной в мире биржей


Хайдарабад всегда называли "жемчужным городом"

алмазов, а низам исполнял нынешнюю роль De Beers, целые деревни специализировались (и продолжают!) на сверлении жемчужин, хайдарабадские земли были и остаются самыми плодородными в Индии, к тому же даже во времена британского владычества и в первые годы Индийского Союза низам обладал собственным госбанком и печатал свою валюту, хайдарабадские рупии. Как писал в 1937-м автор статьи в Time, «Низам Хайдарабада скорее не вассал императора Индии, а коллега Его Величества». В этих словах была истина – низаму полагались высшие почести: 21-орудийный салют, обращение («Его Возвышенное Высочество» было придумано специально для него), да и был он куда богаче английского короля. Изо всех венценосных особ большим состоянием обладал лишь Николай II, так и страна у него была других размеров.

Пространства Фалакнумы густо украшены портретами низама, его верного премьера (чья монограмма VO осталась всюду во дворце), членов их семей, а также изображениями так похожего на своего кузена Николая II короля Георга V, в то время императора Индии. Художник старался. Лица, усы, тюрбаны (у кого есть) выписаны с большим мастерством, а вот руки ему не удавались, и пальцы нарисованы так, словно они и не пальцы, а какие-то морковки.

Не то Раджа Рави Варма – самый знаменитый и лучший из индийских художников рубежа XIX–XX веков. В Фалакнуме его картин нет, зато в музее набоба Мир Юсуф Али Хана Салар Джунга, другого низамова премьер-министра и собирателя самой большой на свете коллекции курьезов и редкостей, полно. Еще в музее невероятное количество фарфора, драгоценностей, памятников древних цивилизаций, всего около 400 тысяч предметов. Говорят, было больше – миллион, но Салар Джунг не оставил потомства, и претенденты на наследство и слуги сильно проредили собрание. Сейчас коллекция выставлена в специально построенном на берегу реки Муси здании, и не посетить этот монумент страсти собирательства нельзя. Не стоит, впрочем, искать там что-то особо ценное. Кроме картин Рави Вармы, меча императора Аурангзеба, кинжала Джахангира, нескольких вещей из гардероба Типу Султана и драгоценностей, остальное – весьма среднего уровня собрание всего на свете. Но этим оно и интересно – из экспонатов можно составить энциклопедию древностей.

В Хайдарабаде много музеев. Пурани Хавели, скромная резиденция низамов, построенная Али Ханом Бахадуром, Асаф Джахом II для сына, знаменита коллекцией подарков седьмому низаму на его серебряный юбилей и гардеробом пятого низама, занимающим два этажа (говорят, это самый большой гардероб одного человека). Чоумахалла – тоже музей. В Чарминар – мечеть и символ города – тоже пускают за деньги.

В Голконде, форте в десяти километрах от Хайдарабада, – экспозиция и светомузыкальное шоу по вечерам. Фалакнума – не музей, но теперь и туда можно попасть, забронировав комнату в отеле или стол в ресторане Adaa – вполне себе музее традиционной хайдарабадской стряпни, или придя в гостиничный магазин Khazana, где массивные кольца с необработанными алмазами, жемчуга, дупатты (шестиметровые шарфы, непременный элемент женского костюма) из редкого двойного иката, тончайшие кашемировые шали свалены в одну живописную кучу.

Бирьяни – последнее блюдо основного меню. Наступает время сладостей – фалуде (ванильного мороженого с розовым сиропом, «жемчужинами» тапиоки и базиликовым семенем), хубани-ка-метха – сладкого хлебного пудинга, марципанов. В желудке давно нет места, но сладости возбуждают аппетит, и организм сдается. В конце концов с собой договориться можно всегда.

Принцы и принцессы, махараджи и махарани, мистер Тата и низам со свитами покидают дастархан, чтобы вернуться в Фалакнуму. Путь неблизкий, минут пятнадцать, и во дворце-отеле наверняка нас всех ждет стол с закусками. И коньяк. И сигары. И точно – хайдарабадский кальян. Дворец самого богатого человека на свете теперь управляется компанией самого богатого человека Индии. Традиции сохраняются.

Фото: Tom Parker

первая полоса

Декабрь-Январь 2016-2017

Подпискана CN traveller

Первые 30 подписчиков на 6 номеров получают реконструирующее средство для волос с маслом иланг-иланга от Secret Professionnel by Phyto.

подписаться

Цифровыевыпуски
CN traveller

facebook

CN Traveller
в Facebook

vkontakte

CN Traveller
в Vkontakte

Twitter

CN Traveller
в Twitter

youtube

Видео-канал
cn traveller

instagram

CN Traveller
в instagram

Instagram
google+

cn traveller
в google+