You are viewing the Russian CN Traveller website. If you prefer another country’s CN Traveller website, select from the list

путешествие На авто путешествие Активный отдых путешествие Геннадий Иозефавичус

Его гималайское величество: Ладак, Индия

В Ладаке, в индийском штате Джамму и Кашмир, Геннадий Иозефавичус нанес визит оракулу, провел ночь в королевском дворце, встретил рассвет в монастыре и попытался дышать на высоте в пять с половиной километров

Иозефавичус

Геннадий ИозефавичусСпециальный корреспондент

Геннадий Иозефавичус Специальный корреспондент

Посадка самолета в аэропорту Леха, столицы королевства Ладак, — зрелище (и ощущение) не из самых приятных, зато из самых завораживающих: самолет сначала летит почти вплотную к вершинам шеститысячников, потом долго, лавируя между пиками, разворачивается, затем стремительно снижается, садится и резко тормозит, ближайшие горы — вот они, рукой подать, надо уметь останавливаться вовремя. Аэропорт расположен на высоте в три с половиной километра над уровнем моря. Как в Куско. И чуть ниже Ла-Паса.
 
Стюардесса открывает дверь, и прозрачный холодный воздух, какой-то совсем жидкий — его и на вздох не хватает — врывается в салон. После +35 °С в Дели местные пятнадцать градусов кажутся счастливой ошибкой природы. Как кажется ошибкой, уже не очень счастливой, и то, что дышать этим чистым прохладным воздухом дико трудно, этому еще надо научиться.
 
В аэропорту военные — на каждом шагу, фотографировать поле нельзя, везде — преувеличенные меры безопасности, особенно при вылете. Лех — в Ладаке, Ладак — в штате Джамму и Кашмир, где постоянно беспорядки. От этих беспорядков маршрут путешествия по Кашмиру кардинально поменялся: хотелось начать со Сринагара, с его персидских садов, озера Дал и свадебного вазвана, пира из пары десятков блюд, сдобренных шафраном и кашмирским перцем. Из Сринагара надо было бы потом ехать двое суток — через перевалы в пять тысяч метров, по границе с Пакистаном, с ночевкой в Каргиле — по самой страшной и самой страшно красивой дороге на свете, вдоль обрывов, уходящих вниз на тысячи метров.

 

Но в Сринагаре случились беспорядки и комендантский час, гостиницы позакрывались, и лететь пришлось прямо в Лех; в Лехе — спокойно.
 
Заполнив «анкету иностранца» и получив багаж, выхожу и оказываюсь в руках гида и водителя, с ними предстоит провести неделю. Гид по имени Намгьял живой, веселый и с приличным английским. Имя Намгьял получил в младенчестве, в одном из местных монастырей, так тут принято, а вообще-то оно принадлежит Его Величеству: Намгьял — родовое имя королей, династия которых уже несколько столетий правит Ладаком. Впрочем, в течение последнего столетия власть короля превратилась в номинальную.
 
Мы едем в Chamba Camp к монастырю Тикси; другое название лагеря передается аббревиатурой TUTC, расшифровываемой как The Ultimate Travel Camp.

 

Прилагательное ultimate обязывает. Но лагерь и вправду оказывается вполне ultimate — в том значении этого слова, которое передается прилагательным «высший»; тут все по высшему разряду: просторные палатки обставлены колониальной мебелью, из кранов течет вода любой температуры, в жару тенты кондиционируются, в холод — нагреваются. К десяти материальным процентам добавляются девяносто нематериальных: вид на монастырь Тикси и на горы — высшего разряда.
 
Первый день меня жалеют и не выпускают из лагеря. Каждый шаг дается с трудом: мало того что пейзаж похож на лунный, так и состояние, будто долетел до Луны.
 
На второй день везут к оракулу.

 

Деревенская баба, нюхнув табаку, начинает истово чихать и чихом загоняет себя в транс. Я спрашиваю, кто победит на выборах в Америке, и баба, на секунду выйдя из транса, укоризненно качает головой и успевает сказать, что занимается только личными проблемами посетителей. Мой ответ, что, мол, выборы в США для меня — проблема личная, застает оракула вернувшейся в транс. Ее о чем-то спрашивают местные, она отвечает. Говорят, одну из просительниц она буквально поставила на ноги. Оракулы здесь не только (и не столько!) предсказывают, сколько лечат.

На следующий день, вернее, ранним утром, еду в монастырь. В полседьмого там еще тихо, в главном зале — пустынно. Когда солнце появляется из-за гор, два ламы поднимаются на крышу и оглашают окрестности звуками, извлекаемыми из огромных раковин, заточенных в серебряные оправы.

При звуках раковин в главный зал несутся послушники, младшим крохам на вид — лет пять.
 
Разувшись, я прохожу в зал и занимаю место у холодной стены. В рюкзаке — небольшая подушка, так что устраиваюсь я весьма удобно.
 
Вскоре в зале собираются монахи, мальчишки приносят огромные чайники с тибетским чаем и ведра с размолотыми в муку жареными ячменными зернами. Начинается молитва и одновременно завтрак. Послушники разливают монахам чай по пиалам, туда же насыпается мука. Предлагают чая и мне, я соглашаюсь.

 

Вообще-то я ненавижу молоко. Еще больше я ненавижу чай с молоком. А уж чай с молоком, маслом и солью я по определению должен ненавидеть втройне. Но нет! Соленый чай мне нравится, на следующем круге я не отказываюсь от добавки. Чудны дела твои, Господи!

 

После молитвы иду к знахарю-монаху, тот слушает пульс и говорит, что у меня проблемы с давлением, но что он знает, что я пью таблетки. В ответ я прошу монаха дать мне его травяных пилюль-катышков. Монах немного спорит: ты же, говорит, за новой порцией ко мне не придешь, вот и пей свои таблетки. Я спорю в ответ и получаю недельный запас катышков. На ближайшие семь дней я отказываюсь от своих таблеток. Ничего страшного не происходит, даже наоборот. Когда катышки заканчиваются — уже в Дели, на конвенциональные таблетки я перехожу с сожалением.

Во второй половине дня отправляюсь по другим монастырям. В Махаяне, принятом в Тибете и Ладаке варианте буддизма, четыре школы, или секты, за день я посещаю монастыри трех направлений. Разница — на неискушенный взгляд несущественная. Разве шапки у одних желтые, у других — красные. У далай-ламы — желтая, он «желтошапочник».
 
На четвертый день отправляюсь «в гости» к королю во дворец Сток. Король подрабатывает, в половине дворца у него бутик-отель о шести комнатах. Мне достаются покои королевы — с фресками на стенах, высоченной кроватью и старой радиолой. Во дворце — значительно теплее.
 
Короля нет, он уехал в Дели. Королева со своей половины носа не кажет. Во дворце — шикарный музей: старинные облачения, украшения, корона и золотая ковырялка для ушей.


 
За день до отъезда, почти акклиматизировавшись, отправляюсь в Верхний Ладак, на солончаковое озеро Цо-Кар. Ехать надо через перевал Танглангла, второй в мире по высоте перевал на дороге с покрытием. Высоты в нем — пять тысяч триста метров. Серьезная гора, дышать на ней совсем нечем.
 
Сразу после перевала, спустившись на тысячу метров, требую остановиться у первой же палатки с тибетским чаем. Привык. Молоко яка, масло и соль дают силы.
 
Озеро — красивое. На берегу встречаем черношеих журавлей, они — в самой красной книге на свете, почти исчезнувшие. Поглядеть на них сюда со всего мира едут бердвотчеры, это такие сумасшедшие особые, с биноклями, огромными объективами и справочниками. Обычно они никого не видят, а мы видим. Нам везет!

 

В последний вечер наконец-то добираюсь до местной еды — паровых обжаренных на масле пельменей момо, супов с пельменями и еще каких-то высказываний на тему «мясо и тесто». На высоте, в диком климате, мало что растет, вот и выкручиваются местные, питаясь мясом и злаками. Впрочем, в последнее время крестьяне понастроили себе теплиц. Зимой тут хоть и холодно, зато солнечного свету много. Если оставить прозрачной только южную сторону, даже зимой можно выращивать морковку, кинзу, кабачки, лук и перцы чили. Уже неплохо! Глядишь, ладакские мичуринцы засадят монастырские дворы виноградом, а то вино тут пока приходится делать из ячменного солода или из абрикосов. Абрикосы тут, кстати, летом урождаются фантастические: у короля я съел банку варенья, а еще купил бутылку абрикосовой водки (они зовут ее вином) и урюка.
 
Неделя промелькнула в одну секунду, и вот уже взлет. И тоже не для слабонервных. Почему-то под взлет у меня в голове звучит Луи Армстронг: We Have All the Time in the World. 

Комментарии

первая полоса

Декабрь-Январь 2016-2017

Подпискана CN traveller

Первые 30 подписчиков на 6 номеров получают реконструирующее средство для волос с маслом иланг-иланга от Secret Professionnel by Phyto.

подписаться

Цифровыевыпуски
CN traveller

facebook

CN Traveller
в Facebook

vkontakte

CN Traveller
в Vkontakte

Twitter

CN Traveller
в Twitter

youtube

Видео-канал
cn traveller

instagram

CN Traveller
в instagram

Instagram
google+

cn traveller
в google+