You are viewing the Russian CN Traveller website. If you prefer another country’s CN Traveller website, select from the list

путешествие В город

Новые выставки в музеях Metropolitan и Whitney

Хорошие и серьезные

Карина Чумакова

В конце февраля в музее Metropolitan открылась выставка, которую совершенно невозможно пропустить, если вы окажетесь в Нью-Йорке. Я имею в виду The Steins Collect: Matisse, Picasso, and the Parisian Avant-Garde («Коллекция Стайнов: Матисс, Пикассо и парижский авангард»). Благодаря усилиям кураторов Мета и Музея современного искусства Сан-Франциско впервые удалось показать огромную коллекцию живописи, графики и скульптуры, собранную семейством Стайнов за годы их парижской жизни.


Анри Матисс, Чай, 1919

Из Стайнов, пожалуй, лучше всего известна Гертруда – писательница и покровительница молодых дарований, опекавшая в Париже Хемингуэя и Фитцджеральда. Личности ее братьев – Лео и Майкла – по разным причинам не так засветились в софитах истории, но к созданию коллекции, выставляющейся сейчас в Мете, они приложили усилий не меньше, чем сестра.

Да, Стайнам повезло оказаться в нужном месте в нужное время: довольно скромное по американским меркам состояние, унаследованное после смерти отца – торговца готовой одеждой, позволило им не только перебраться в Париж и вести то, что принято называть богемным образом жизни, но и начать собирать книги, мебель и предметы искусства. Но поворотной точкой в истории их коллекции можно считать осень 1904 года: под впечатлением от посещения ежегодного парижского Салона изящных искусств Лео и Гертруда сняли со своих банковских счетов все деньги и «спустили» их на работы модных, но уже довольно признанных на тот момент Сезанна, Ренуара и Гогена. Имевшихся денег Стайнам хватило лишь на несколько небольших холстов. Поняв, что так им коллекцию не собрать, они начали присматриваться к творчеству молодых (и более дешевых) современников – во многом благодаря этому прозаическому обстоятельству нам теперь известны имена Матисса и Пикассо.


Семья Стайнов

Проходя по залам выставки, можно проследить всю бытийную паутину парижских лет Стайнов – смену адресов, жизненных приоритетов, круга друзей, вкусов и устремлений. Их портреты – заросшего рыжей бородой Лео и Гертруды в ее фирменной коричневой робе (оба кисти Пикассо), барельефы с профилем ее музы (и признанной изобретательницы «браунис» с каннабисом) Элис Токлас, семейные фотографии Стайнов на белой вилле, построенной для Майкла и его жены Сары самим Ле Корбюзье, – все они кажутся окнами в жизнь героев вудиалленовской «Полночи в Париже», но теперь в роли восторженного американца, по магической случайности попавшего в круг писателей и художников в салоне на rue de Fleurus, 27, выступают посетители Метрополитана.


Анри Матисс, Автопортрет

Выставка получилась на редкость объемной по восприятию еще и благодаря тому, что рассказывает о семействе Стайнов не только как о коллекционерах, но и как о пионерах кураторского движения, познакомивших своих современников в Европе и США с творчеством парижских авангардистов и перезнакомившими этих самых авангардистов между собой. «Субботние салоны» Стайнов были неким прообразом социальной сети, facebook’ом для своих: здесь налаживались связи, поддерживались контакты, строились репутации и устраивалась личная жизнь. Когда Лео и Майкл переключились на собственную семейную жизнь и творчество, Гертруда стала безраздельно властвовать в кругу парижских интеллектуалов, щедро делясь житейской мудростью с благоговевшими перед нею молодыми дарованиями.

В том числе она учила Хемингуэя, как правильно собирать искусство. В книге «Праздник, который всегда с тобой» Хемингуэй цитирует Гертруду, которая в ответ на его жалобы, что он-де не может себе позволить покупать понравившиеся картины Пикассо, советует ему: «Вам придется покупать картины людей вашего возраста, одного с вами военного призыва. Вы с ними познакомитесь. Вы встретите их в своем квартале. Всегда есть хорошие, серьезные новые художники».

В поисках «хороших, серьезных новых художников» одного со мной «призыва» я отправилась из Мета на Биеннале современного американского искусства в музей Whitney. Буквально в нескольких кварталах от Метрополитана раз в два года Уитни организует отчет актуальных художников о проделанной работе. Первое биеннале прошло вскоре после открытия музея, в 1932 году, хронологически совпав с расцветом стайновских салонов в Париже. Параллель напрашивается сама, ведь среди американских художников того времени благословение Гертруды Вандербильт Уитни, основательницы музея, ценилось не меньше, чем одобрение ее парижской тезки. Кстати сказать, именно Уитни «открыла» Дениса Хоппера, без которого теперь невозможно представить историю американской живописи.

Николь Айзенманн (Nicole Eisenmann)

1 из 4

Николь Айзенманн (Nicole Eisenmann)

Николь Айзенманн (Nicole Eisenmann)
Форрест Бесс (Forrest Bess)

2 из 4

Форрест Бесс (Forrest Bess)

Форрест Бесс (Forrest Bess)
Инсталляция This Could Be Something If I Let It  Дон Каспер (Dawn Kasper)

3 из 4

Инсталляция This Could Be Something If I Let It  Дон Каспер (Dawn Kasper)

Инсталляция This Could Be Something If I Let It  Дон Каспер (Dawn Kasper)
Орган Лутц Бахер (Lutz Bacher)

4 из 4

Орган Лутц Бахер (Lutz Bacher)

Орган Лутц Бахер (Lutz Bacher)

Критики уже успели расхвалить биеннале этого года, но я шла на него с дежурной «фигой в кармане» – она припасена у меня для всех мероприятий, в заголовке коих фигурирует словосочетание «современное искусство». Не знаю, что бы сказала Гертруда Стайн, ознакомившись с раскладом сил в рядах актуальных художников образца 2012 года. Наверняка нашла бы пару «хороших и серьезных», но обывателю (к которым я отношу себя), сделать это довольно трудно. Из увиденного мне запомнились вытканные вручную панно Элейн Райчек (Elaine Raichek) на сюжеты мифа об Одиссее, яркая примитивистская живопись Николь Айзенманн (Nicole Eisenmann) и ретроспектива очень интересного, но условно современного художника Форреста Бесса (Forrest Bess) – умер он еще в 1977 году. Правда, при знакомстве с абстракциями последнего зрителю приходится абстрагироваться от демонстрируемых бок о бок фотографий его смелых хирургических экспериментов над самим собой, – но ведь современникам Ван Гога тоже, в конце концов, приходилось гнать от себя мысль о его отрезанном ухе, чем мы хуже?

Вполне возможно, что мои претензии к современному искусству надо переадресовать к человечеству в целом: XX век снизил общий порог чувствительности – к красивому, к безобразному, к насилию, к несовершенству, – и чтобы пронять нас, зрителей, художники вынуждены прибегать ко все более жестким методам эмоционального воздействия. Поскольку бить нас по головам тяжелыми предметами вроде как нельзя, они, как примеру, заваливают комнату бытовым хламом и демонстративно живут в нем, призывая нас увидеть в мусоре потенциальные арт-объекты (инсталляция This Could Be Something If I Let It художницы Дон Каспер (Dawn Kasper)), выливают на пол черную намагниченную жижу, в которой едва заметно шевелятся щетинистые объекты неорганического происхождения (инсталляция Сэма Люита (Sam Lewitt)), устраивают перформансы с участием «одержимого» электронного органа, издающего случайные звуки из-под обрезков металлических труб (инсталляция Лутц Бахер (Lutz Bacher)). Пока я бродила среди всего этого креатива, мне стало себя как-то немного жалко, будто меня и впрямь незаслуженно отлупили тяжелым тупым предметом. Гертруда Стайн нашлась бы, что мне возразить, но и у нее бы наверняка возникли некоторые трудности: современное искусство en masse неколлекционируемо по сути. Если даже оставить в стороне инсталляции из бытового хлама и намагниченную жижу, все остальное, что потенциальный коллекционер может унести с собой, просто страшно держать в своем личном пространстве. В ангаре, в галерее, в сейфе – может быть, но в квартире – увольте. Если Ротко, Поллока и Хоппера повесить у себя не страшно, то с работами среднестатистического актуального творца «нашего призыва» оставаться наедине настолько тревожно, что есть риск сойти с ума. Да, Лео Стайн тоже пять недель к ряду смотрел на картину Матисса «Женщина в шляпе», прежде чем решил оставить у себя это «омерзительное пятно краски» (поначалу он сам так ее называл). А сейчас по биодоступности и психической безопасности Матисс кажется лишь самую малость авантюрнее, чем Васнецов. А современного искусства я пока что боюсь.

Бесстрашным искренне рекомендую посетить биеннале в музее Уитни и аргументированно меня отругать за мещанство и малодушие. Сделать это можно будет до 27 мая. Все остальным – дорога в Метрополитан, смотреть коллекцию Стайнов. Выставка продлится до 3 июня.



Читайте также:

Американское крыло "Мета" открыто

Аркадий Новиков на рынках Лондона

Бывают ли скидки на билеты первого и бизнес-класса?

первая полоса

Декабрь-Январь 2016-2017

Подпискана CN traveller

Первые 30 подписчиков на 6 номеров получают реконструирующее средство для волос с маслом иланг-иланга от Secret Professionnel by Phyto.

подписаться

Цифровыевыпуски
CN traveller

facebook

CN Traveller
в Facebook

vkontakte

CN Traveller
в Vkontakte

Twitter

CN Traveller
в Twitter

youtube

Видео-канал
cn traveller

instagram

CN Traveller
в instagram

Instagram
google+

cn traveller
в google+