You are viewing the Russian CN Traveller website. If you prefer another country’s CN Traveller website, select from the list

путешествие В город

Опатия: Крым детских сновидений

Павел Матвеев поехал в хорватскую Опатию, но неожиданно для себя оказался в идеальном Крыму

Павел Матвеев


Опатия, Хорватия

Опатия, извините за пошлость, — это жемчужина у моря. Впрочем, жемчужина искусственно выращенная, каменная рама для идеального отдыха буржуа разного достатка, разных времен и народов. Градообразующие здания здесь выглядят как тортообразные сундуки, эдакие дворцы с кремом; и названия у них соответствующие: отель «Бристоль», гранд-кафе «Париж» — все отсылки к belle époque. Опатия начала застраиваться в начале 80-х годов XIX века, курорт был популярен у семьи австрийского императора Франца Иосифа I и его знати, сам император отдыхал в местном «Империале». Тут даже появился особый стиль городского садового дизайна — пальмы и розы, то есть розовые кусты, обвивающие стволы пальм. Эта идея кажется апофеозом местного представления о dolce vita, если оценивать ее в контексте истории всего ХХ века, после Австро-Венгрии и после распада Югославии.


Характерная имперская помпезность видна в деталях: балюстрады, решетки и колонны словно обрамляют пейзаж, вписанный в цивилизацию усилиями зодчих Австро-Венгрии. Когда идешь по этой узкому, метра два шириной, променаду, с одной стороны обнаруживаешь природные красоты, с другой — рукотворные. Апофеозом этой красоты для отдыхающих является один из главных открыточных символов Опатии — изящная и одновременно вполне обывательская скульптура «Девушка с чайкой» (1956 г.) на камне в море, метрах в ста от берега.

Она напоминает статуэтку из эпохи ар-деко или сталинского ампира, ее как будто можно вырезать из пейзажа и забрать с собой, поставить на комод. В советские времена подобные сувениры привозили с Кавказа. Прогулка по Опатии похожа на сон, и очень скоро ты догадываешься, о чем он: ты в Крыму, каким он мог бы стать. Идеальном Крыму, очищенном от постсоветских безобразий, среди моря, буйной зелени и неоклассических светлых зданий с колоннами и портиками. Местные скульптуры, лужайки и газоны кажутся слишком сладкими для глаза и психики северного аскета.


Скульптура «Девушка с чайкой», 1956 г.

И в то же время совершенно непривычными южному (итальянскому) эстету, не чурающемуся известной сладости. Это как мороженое, которое продается здесь на каждом углу: много не съесть. Элементы декора выкрашены одним тоном с остальными частями фасадов, все будто покрыто глазурью. Или же весь город поливали из брандспойта, иногда меняя краски — с розовой на лимонную, а потом оранжевую. Возникает странное ощущение мумификации всех этих избыточных «бристолей», «асторий», «империалов», «гранд-отель-паласов». Здесь умеют на быструю продажу работать с романтическими брендами XIX века, иногда это выглядит и так:


Любопытно, что своей витиеватостью архитектура соперничает с декоративностью ландшафта и явно имела целью объединиться с ним: например, облака и горы в просветах узких улиц становятся естественной деталью избыточного приморского необарокко. Современные европейские архитекторы создавали бы очень простые формы, и глаза отдыхающих не отвлекались бы от пейзажа. В идее же застройки имперской Опатии — борьба с природой, желание продемонстрировать, что человек может соперничать с Создателем. Эта ярмарка тщеславия могла бы утомлять, если бы не появляющиеся время от времени «прорывы» с видом на море — редкие работы наших современников. Их совсем немного: очень простые формы, много стекла. Кажется, эти фасады придуманы как зеркала, которые будут отражать небо, море и деревья. И работают они так же, как естественные лужи, образовавшиеся на крышах после дождя.

В особняках Опатии чуть в стороне от променада сохраняется естественная разруха, подходящая величию места в его состоянии старомодности и упадка. Это архитектурные артефакты, напоминающие о Каире или Стамбуле в их непарадных проявлениях. Когда-то эта была зона власти большого государства, в том числе власти архитектурной, но сейчас состояние частного сектора и небольших гостиниц является честным признанием их владельцев в том, они не могут поддерживать силу прошлого века, которая когда-то воодушевляла город. «Бристоли» и «астории» — это муляжи, мумии величия, нечто мертвое, что пытается выдать себя за живое, а здания всего в двухстах метров — свидетельства жизни, связь с современной историей. Здесь кажутся уместными прописанные на стенах вывески, наплывающие со временем друг на друга.


Здесь принимали гостей и готовили еду с конца ХIХ века, это про жизнь, которая меняется и длится; а вот задники отелей напоминают нам о смерти. Непарадная, но быстро открывающаяся любопытному пешеходу часть города — это ветшающие виллы, скучноватая трасса, великолепная картина залива поверх красных черепичных крыш. Заинтересовал зеленый купол, который мы увидели еще снизу — и сначала не поняли, обсерватория это или церковь. Поскольку мы шли с тыла этого довольного известного памятника архитектуры, то раскрывали интригу постепенно, по деталям. Мы старались читать здание вслепую, ничего не зная о нем из путеводителей; увидели отсылки к армянской архитектуре и одновременно — к романской (арки третьего яруса, как в церквях того периода). На юго-западной стене — круглое окно, почти кубистская реплика романской розы, перешедшей в готику. Начали подозревать архитектуру ХХ века. Внутри — огромное, мощное пространство, почти без декора, 30 витражей. Вскоре становится ясно, что здание — лишь рама для захватывающего вида на море и город, что открывается прямо из церковных врат.


Это — церковь Благовещения святой Богородицы, которая строилась в 1906 году, в то время, когда курорт был на пике популярности, венскими архитекторами, на деньги Франца Иосифа и его сподвижников. Величие мира прихожанину достается здесь просто в подарок, как милосердие Божие. Спускаемся вниз, и замысел архитекторов проясняется: если верующий хочет пройти в храм с главной улицы, он будет вынужден сделать значительное физическое усилие, преодолеть массивную лестницу. Это настоящий вызов образу благополучной буржуазности города-курорта. Он разрушает представление об Опатии как о месте физических удовольствий.

Была еще одна точка, которую мы хотели рассмотреть поближе, — отель «Опатия», который виден с променада. Издали он казался нам столь же фешенебельным, как остальные артефакты имперского гламура. Но вблизи он оказался похожим на ностальгическую декорацию для какого-нибудь романтического югославского фильма 70-х.


Hotel Opatija

Вид оттуда — один из лучших в городе. К гостинице, трехэтажной неоклассической вилле, была добавлена пристройка в стиле, характерном для аскетических 70-х, — номера-соты, выходящие на море; и это единственное их достоинство. А в саду мы снова обнаружили флористический символ Опатии — розы, обвивающие пальмы. Идеальным завершением прогулки для однодневного туриста стала бы чашка венского кофе. Мы планировали выпить ее в «Гранд-отеле», но обнаружили внутри сначала тюлевые шторы, собранные в советском стиле (вспомните Колонный зал Дома Союзов в Москве), а затем — обычную советскую столовку. 

Да, Опатия похожа на Крым нашего детства, в том числе и тем, что за фасадами бывших шикарных отелей скрываются стандартные двухзвездочные гостиницы лоу-миддл-класса. Впрочем, возможно, для постсоветского человека из Восточной Европы отпускной рай по-прежнему выглядит так: внешняя красота, доставшаяся как наследие большой империи, а внутри — пыльная, потертая, некрасивая мебель и бедный общепит. Кофе мы пили в венской кофейне на террасе пятизвездочного отеля с прекрасным видом. Отметили расслабленность официантов и их нежелание заработать чаевые. То ли это был постюгославский стиль, то ли медленный ритм фантома Австро-Венгрии.


Опатия — не только Крым детских сновидений. Разумеется, это Италия-light: здесь есть отличные места, где отдыхает не только хорватский средний класс, но и люди побогаче, заинтригованные историями об идеальном курорте императора Франца Иосифа. В Опатии никогда не снимались фильмы о Бонде, но она является идеальным антуражем для современного фильма об итальянской — или югославской — мафии. 


первая полоса

Декабрь-Январь 2016-2017

Подпискана CN traveller

Первые 30 подписчиков на 6 номеров получают реконструирующее средство для волос с маслом иланг-иланга от Secret Professionnel by Phyto.

подписаться

Цифровыевыпуски
CN traveller

facebook

CN Traveller
в Facebook

vkontakte

CN Traveller
в Vkontakte

Twitter

CN Traveller
в Twitter

youtube

Видео-канал
cn traveller

instagram

CN Traveller
в instagram

Instagram
google+

cn traveller
в google+