You are viewing the Russian CN Traveller website. If you prefer another country’s CN Traveller website, select from the list

путешествие В город

Отели и знаменитости: под одной крышей с легендой

Некоторые отели способны дать больше, чем статус, комфорт и великолепный сервис

Анастасия Дубровская

Читать романы Сомерсета Моэма и жить в отеле, где он работал во время путешествия по Юго-Восточной Азии. Cмеяться над неуклюжим героем Чарли Чаплина и ужинать в том же ресторане, где проводил вечера любимый комик. Некоторые отели способны дать больше, чем статус, комфорт и великолепный сервис — возможность соприкоснуться с историей, с тем, что влияло на вкусы и мировоззрения, что заставляло восхищаться или негодовать.


Raffle's

Raffle's: дух колониального прошлого

После Второй мировой войны Сингапур шагнул в светлое будущее, став для многих символом этого самого будущего. Британские чиновники, европейские коммерсанты, авантюристы, миссионеры, писатели, актеры, китайские торговцы, индусы, малайцы — пряный замес колониального прошлого рассеялся по чистым улицам современного Сингапура. Не нарушая общей динамики, приглаженный дух когда-то форпоста Британской империи сосредоточился на Joo Kiat road, улице с низкими двухэтажными домами, где жившие в них семьи торговали на первом этаже, а жили на втором.

Отель Raffle's — тоже средоточие колониального прошлого Сингапура, но только в имперском его исполнении. Чтобы оценить масштаб исторической значимости отеля достаточно сказать, что у Raffle's есть свой историк и свой музей.

Опуская рассказ о братьях Саркисян, основавших отель в 1887 году, и о сэре Стэмфорде Раффлзе, основателе Сингапура, в честь которого назван отель, предлагаю сразу проследовать в бар Writers. Он называется так не случайно: писатели путешествовали по Азии не меньше, чем бизнесмены. Одни искали там новые источники дохода и рынки сбыта, а другие — новые характеры, конфликты, идеи. И если имена бизнесменов для истории не так важны, то имена писателей, живших в Raffle's, хорошо известны: среди них и Сомерсет Моэм, и Рю Мураками. 

Такое количество творческого гения, которое было сосредоточено в стенах Raffle's, трудно себе представить где-либо еще. Д. Конрад написал в стенах Raffle's начало повести «Тайфун», здесь же у него родился замысел романа «Лорд Джим». Р. Киплинг не раз останавливался в отеле, но не написал там не строчки — аккумулированные художественные впечатления впоследствии вылились в рассказ «Провидение». Сомерсет Моэм, не отказывавший себе в прекрасном, имел в Raffle's собственные апартаменты и писал здесь роман «Дождь». 

Сингапур давно не часть Британской колонии, но дух того времени трансформировался в лишенный бытовых оков, ни к чему не обязывающий характер города. И там, где инновации являются сутью культуры, а космополитизм — образом жизни, старорежимный дух Raffle's роднит вас с теми, кто когда-то в нем жил: Чарли Чаплином, Евой Гарднер, Джоном Томпсоном, Редьярдом Киплингом и королевой Елизаветой.


Hotel de Paris

Hotel de Paris: агент 007

Если вы решились примерить образ Джеймса Бонда — поезжайте в Монако. У княжества те же атрибуты, что и у нескончаемой шпионской истории: красное Ferrari или желтое Lamborghini, головокружительные красотки на таких же каблуках, элегантные месье в сшитых на заказ костюмах. И все это в декорациях Золотой площади Монте-Карло, где расположены казино и Hotel de Paris, где герой Пирса Броснана сражался против злобной советской гидры в ангельском обличье Ксении Онатопп («Золотой глаз»), а Шон Коннери и Клаудия Шиффер танцевали танго в «Никогда не говори никогда».

В любом другом месте помпезные здания казино и Hotel de Paris, замешанные сразу из нескольких стилей, были бы расценены как дурновкусие (что и случилось с подобной архитектурой в Милане в начале XX века). Только не в Монте-Карло, где все чересчур и слишком.

Hotel de Paris был открыт в 1863 году обществом Societe des Bains de Mer под покровительством князя Монако Шарля III. Достаточно сказать, что там останавливались Аристотель Онассис и Джеки Кеннеди, Уинстон Черчилль, Рокфеллер и Ротшильд, Вандербильт и Гордон Беннет, принц Монако Ренье и принцесса Грейс Келли — более внушительную рекомендацию получить трудно.

Короткое знакомство с Hotel de Paris можно завести в Le Bar Americain и в культовом или, если больше нравится, легендарном (для эстета эти слова могут граничить с дурным вкусом, но в нашем рассказе главное — придерживаться заданного предметом повествования стиля) ресторане Алена Дюкасса Louis XV, отмеченном тремя звездами «Мишлена».

Если не устраивает опыт «по чуть-чуть», можно все и сразу — в отеле 187 комнат, подразделенных на четыре категории: 20 комнат с видом на город, 29 — с видом во двор, 59 — с видом на море и 6 — с видом на казино. Плюс 75 сьютов. Заключительный аккорд в симфонии вашего люксового опыта — центр Thermes Marins Monte-Carlo в обрамлении белого мрамора. Потом можно и на вечеринку до утра.


Rambagh Palace

Rambagh Palace: роскошь махараджей

Те, кто жил в Rambagh Palace в Джайпуре, — самые-самые. Например, Раджмата Гаятри Деви, жена махараджи Саваи Ман Сингха II, которую журнал Vogue в 1940 году назвал самой красивой женщиной в мире.

Отель был построен в 1835 году. До 1925 года Rambagh Palace использовался в качестве королевского дома для гостей и охотничьего домика, потом стал постоянной резиденцией махараджа Джайпура и, наконец, приобрел статус дворца. 1930-е — лучшие годы в истории Rambagh Palace, период его расцвета. Махараджа Саваи Ман Сингх II был представителем английского high society, воплощением вкуса, харизмы, умения красиво и изысканно жить. Он устраивал изысканные приемы, слава которых простиралась далеко за пределы Индии, а его жена, Гаятри Деви, любезно принимала гостей: вице-королей, лордов, леди, игроков в поло, должностных лиц и художников.

В послевоенные годы все изменилось: Rambagh Palace стал домом Правительства, а в 1957 году — отелем класса люкс, которым управляла семья махараджи.

В 1972 года отель перешел под управление Taj Hotels Resorts and Palaces. Лорд Луис Маунтбеттен, принц Чарльз, Жаклин Кеннеди — лишь немногие из высокопоставленных гостей, останавливавшихся в бывшем дворце правителя Джайпура.

Rambagh Palace находится в восьми километрах от шумного города, кажется, в цветущем саду. По лужайке ходят ухоженные павлины, официанты внимательно выслушивают пожелания гостя. Любая его просьба здесь расценивается как дело государственной важности — в отеле царит дух старорежимной аристократии, английских традиций и роскоши.

К ужину надо готовиться заранее, потому что проходит он в ресторане Suvarna Mahal, где когда-то располагался бальный зал. В Suvarna Mahal едят на золоте — и это не фигура речи, а буквальная интерпретация роскоши: золото в убранстве стола, на стенах, в оформлении света. Эксклюзивный фарфор и хрусталь, высокие потолки, хрустальные люстры и оригинальные флорентийские фрески на стенах. Кухня индийская, обслуживание вкрадчивое.


Gritti Palace

Gritti Palace: последняя любовь

Одна из венецианских любовных историй происходила на террасе отеля Gritti Palace в конце 1940-х: Папа сидел в баре, на столе стояли стакан с виски и бутылка с содовой. Вошла Адриана, и он улыбнулся. Ему было пятьдесят два, ей — девятнадцать. Она стала его последней любовью, его музой, встретив ее, он начал писать после долгих лет перерыва, свободно и легко. Он — Эрнест Хемингуэй, которого официанты бара в Gritti называли Папа. Она – Адриана Иванчич, аристократка из старинного далматинского рода, дочь генерала, служившего у Муссолини.

В этой истории была еще и жена Эрнеста, Мэри, которая готова была терпеть увлечение мужа, лишь бы он писал; и мать Адрианы, Дора, радости которой не было границ — у ее дочери состоятельный известный любовник. Всех их Эрнест не раз собирал в баре Gritti, чтобы пообедать или пропустить по стаканчику. В 1948–1950 гг. писатель часто бывал в Венеции и останавливался в Gritti, на третьем этаже, в номере с видом на Большой канал, на гондолы, на вечно голодных чаек. Здесь он писал «За рекой, в тени деревьев», автобиографичный роман, где герой — пятидесятилетний мужчина, а героиня — его возлюбленная, девятнадцатилетняя девушка.

Каждый палаццо на Большом канале — это целый мир со своей историей и привидениями. Gritti не исключение — его построили в 1525 году для венецианского дожа Андреа Гритти, и пусть от былого убранства практически ничего не осталось, дух палаццо сохранился. Эклектика внешняя, известная как венецианский стиль, повторяется и в оформлении номеров отеля. Десять из восьмидесяти двух — именные тематические сьюты, посвященные известным постояльцам отеля и его владельцам. Номера «Пизани», «Пунта-делла-Догана» и «Эрнест Хемингуэй» выдержаны в стиле венецианского рококо. В сьюте «Пегги Гуггенхайм», окна которого выходят на музей ее имени, — коллекция альбомов по искусству, а на стенах — работы Пикассо и Миро.

Номер «Сомерсет Моэм» оформлен в соответствии со вкусом его жены Сири Уэлком. А в номере «Ла Фениче» — обстановка в стиле ампир и коллекция оперных записей.

Но настоящая жизнь протекает на террасе. Здесь за стаканчиком виски наблюдал ее Эрнест Хемингуэй. И живи он сейчас, на террасе отеля Gritti Palace он встретил бы занимательные характеры, которые могли бы стать героями его так и не написанных книг.


Mandarin Oriental

Mandarin Oriental: жизнь прекрасна

Mandarin Oriental в Бангкоке — не единственная гостиница Юго-Восточной Азии, среди гостей которой значился Сомерсет Моэм, но она больше других ассоциируется с именем писателя. Вернее, Mandarin появился позже, а Моэм жил в отеле Oriental, построенном в 1876 году. Стиль исторического крыла гостиницы характеризуют как колониальный. А это — европейская сдержанность, интегрированная в азиатскую утонченность и естественность. Квинтэссенция колониального шика — чайная комната отеля: плетеные кресла, чьи спинки напоминают опахала, антикварная мебель, черно-белые фотографии, старинные ковры и неизменный five o'clock: сэндвичи и сконы со сливками.

Остановка в Mandarin Oriental вполне самодостаточное удовольствие: вид на реку Чаупхрайя, бассейн, спрятанный среди тропической растительности, сосед за столиком с The Sunday Times, в пиджаке, с платком в нагрудном кармане. Дух колониального Востока здесь так же въедлив, как и запах сигары.

Наверно, кто-то выходит на ужин в город. Но зачем? Лучший ресторан французской кухни в Азии Le Normandie, ресторан Lord Jim’s, где подаются морепродукты и блюда международной кухни, Sala Rim Naam — тайский ресторан, где вы переосмыслите все, что до сих пор знали о тайской кухне. На террасе на берегу реки Чаопрайя сервируют японскую, ливанскую и индийскую кухню.



первая полоса

Декабрь-Январь 2016-2017

Подпискана CN traveller

Первые 30 подписчиков на 6 номеров получают реконструирующее средство для волос с маслом иланг-иланга от Secret Professionnel by Phyto.

подписаться

Цифровыевыпуски
CN traveller

facebook

CN Traveller
в Facebook

vkontakte

CN Traveller
в Vkontakte

Twitter

CN Traveller
в Twitter

youtube

Видео-канал
cn traveller

instagram

CN Traveller
в instagram

Instagram
google+

cn traveller
в google+